Подопечные заслуженного артиста России Юрия Хохлова белые медведи Мотя, Кнопа и Дора - звезды программы "Цирк на льду "Айсберг".

Рост мишек достигает 2,5 метра, а вес 370 - 400 кг. Основа ежедневного рациона медведей - это говядина, в день съедает 9 килограммов, свинину и конину в качестве блюда даже не рассматривают. Также хищники едят рыбу (горбуша, скумбрия, мойва, минтай, селедка) по 3 килограмма в день на одну мохнатую голову, овощи (в основном морковь), творог, молоко, фрукты (яблоки, в сезон - арбузы и дыни), рыбий жир и мультивитамины. Также мишки любят печенье и сгущенное молоко.

Они обожают купаться в бассейне с морской солью – водные процедуры принимают через день, а заодно и смывают грязь с белоснежной шерсти. На самом деле шерсть у него не белая, а прозрачная. И меняет цвет в зависимости от того, чем питается медведь. А вот когда дрессировщику нужно быстренько смыть пятно шлангом перед выходом на манеж – раздражаются и ворчат. С ними невозможно через жестокость работать. Они могут обидеться.

Умка, Мотя, Дора и Кнопа - очаровательные белые медведицы весом под 400 килограммов. По сравнению с бурыми медведями, они лишены торопливости, неуклюжести и подобострастности. Даже подъем на задние лапы выполняют элегантно, что уж говорить о вальсе, который оказывается почти балетной миниатюрой. К зрителям выходят с разбега, чтобы тут же распластаться, всей шкурой прокатиться по холодному льду. Привычных тумб, на которых выступают бурые медведи, на манеже нет, как и строгой дисциплины.

Выступление медведей построено не на трюках по команде, а на общении. Они выходят на манеж и ложатся на лед – это для них истинный кайф, полный релакс. Потому что лед и медведи – одно целое, разделить это невозможно, это просто их жизнь, их стихия. А каждый трюк – плод длительных наблюдений за каждой медведицей. К тому же их вообще нельзя заставить что-либо сделать, все на добровольных началах. У каждой – свой диапазон. Мотя – «поет» и вальсирует, Кнопа пируэты делает, а Дора мячик ловит. Мотивировать компанию гигантов на что-то, кроме валяния по льду, сложно. Но можно - если в запасе есть печенье и сгущенка.

У каждой медведицы просторный вольер – в одном они бы не ужились. Девушки регулярно демонстрируют характер – то дерутся, то капризничают. Самая вредная – Мотя. Если на нее долгое время не обращать внимания, начинает скучать и провоцировать на скандал. Кстати, именно она поет и вальсирует. Чтобы приучить артистку стоять у микрофонной стойки, дрессировщик мазал ее шоколадной пастой.

Кажется, что хозяева севера полны благодушия, но на самом деле это не так. Одиночки по природе, они с трудом переносят друг друга и почти на каждом представлении норовят подраться. Дрессировщик в этих ситуациях — как живая стена: предотвращает ссору. Юрий Хохлов внимательно наблюдает за подопечными, иной раз ему приходится вставать между двух гневающихся медведиц. Никакого драматизма для постороннего глаза при этом нет - ну что ж такого, что медведицы вдруг поднялись с мест.

Сто лет назад его шкурами расплачивались за экспедиционное снаряжение. Сейчас за мех животного, отнесенного к исчезающим видам, на черном рынке готовы отдать до миллиона рублей. По приблизительным оценкам, сегодня в мире осталось примерно 25 тысяч особей этих животных. Но ученые опасаются, что к середине века белых медведей можно будет увидеть только в зоопарках и цирках.

Когда-то дрессура белых медведей была амбициозным государственным делом в эпоху СССР. И в советские времена, и позже, на рубеже веков, на отлов медвежат выделялись квоты, на север снаряжались экспедиции при участии ученых, а пойманные животные отправлялись в зоопарки, научные институты и цирки. Отлову подлежали только медвежата, вблизи которых не было взрослых особей. Сегодня таких «сирот» - все больше: из-за таяния льдов взрослые медведи преодолевают большие расстояния в поисках пищи. А любая травма в полярных условиях неминуемо ведет к гибели. Медвежата остаются без матери, что также означает смерть.

До сих пор процесс отлова и добычи полярных хищников регулирует Международное соглашение о сохранении белых медведей, принятое в 1973 году и предусматривающее возможность вывозить животных из Арктики в научных целях. Квоты, принятые еще в Советском Союзе, допускали отлов десяти медвежат в год. Но активность зоозащитников привела к мораторию на отлов медвежат. В России процесс во многом прекращен еще и потому, что государство перестало выделять деньги на дорогостоящие экспедиции.

Последняя экспедиция состоялась в 2000 году, в ней дрессировщик Юрий Хохлов принимал участие лично. Пойманные тогда медведицы Умка, Кнопа, Мотя и Дора - те самые, что сегодня гастролируют в Омске. Это последние белые медведи, попавшие в цирк.

Дрессура белых медведей всегда считалась уникальной даже в видавшем виды цирковом мире. Готовить животных к выступлениям нужно долго и тщательно, но на выходе окажется, что могут они все равно меньше бурых собратьев. Полярные хищники обладают особенной анатомией - от природы наделены мощнейшими передними лапами, но совершенно не могут использовать задние. Даже простая стойка на задних лапах оказывается сложной, требующей длительной тренировки задачей.

К тому же белые медведи - страшные паникеры. Но если они не идут на трюк, тому всегда есть причина. В дикой природе, везде тишина и покой, медведи одни, а вокруг еда. А в цирке то попугаи кричат, то собаки лают, то от зрителей запахи незнакомые идут. И пока медведь не выяснит, в чем дело, он будет беспокоиться, а дрессировщик - ждать. При этом Юрий Хохлов считывает их настроение даже по глазам, если медведица что-то задумала. А задумывают они постоянно - то подраться, то попроказничать. С нарушителями дисциплины обязательно ведут беседы. Юрий Хохлов исповедует принцип дрессуры, основанный на непринуждении, и создаётся впечатление, что на манеже действительно милые пушистые мишки, а не грозные хищники.

Юрий Хохлов не расстаются с питомцами ни на день. В отличие от других дрессировщиков крупных животных, в аттракционе белых медведей нет подсобных рабочих и ассистентов. Ответственных и осмотрительных сотрудников на нынешние цирковые зарплаты не найти, да и Дора, Умка, Мотя и Кнопа попросту никого не признают. Дрессировщик сам кормит животных, совершает гигиенические процедуры - купает, сушит шерсть, стрижет им шерсть на лапах. В помещении, где находятся медведи, постоянно работает кондиционер и играет заглушающая шум музыка. Умка, Кнопа, Мотя и Дора остро реагируют на посторонние звуки и запахи и могут отказаться работать на манеже.

При всех «за и против» жанр дрессуры белых медведей постепенно умирает. Отлов брошенных медвежат прекращен, стоимость белого медвежонка, рожденного в неволе, приближается к миллиону долларов. Ни один из цирков не может позволить себе приобрести, а потом содержать требовательных в уходе белых медведей. Но даже если деньги найдутся, специалистов, готовых посвятить жизнь дрессуре крупнейших хищников и обладающих нужными знаниями и навыками, почти не осталось. Кроме Юрия Хохлова, таких людей в мире больше нет. Будущее единственного в мире аттракциона с белыми медведями ограничено ближайшим десятилетием. Когда-нибудь Дора, Мотя, Кнопа и Умка не смогут больше выходить на манеж по старости и возможным звериным недугам. На вопрос, что делать, чтобы и дальше показывать в цирке белых медведей, Юрий Хохлов отвечает: «Все возможно. Только очень сложно». Приходите в Омский государственный цирк и успейте увидеть на манеже, как рождается магия доверия между человеком и уникальными дикими животными.

Материал к публикации на основе информации открытых источников подготовил Андрей Ахрамович